Третья попытка, тоже неудачная

Перенесёмся на 100 лет назад, на восток. Первые годы Советского Союза. Романтизм марксизма, строительство Нового общества — удивительнейшее время!

Как я отношусь к развитому социализму, расцвет и агонию которого я застал и пережил? Очень плохо отношусь. Никому не советую.

Но объективность важнее субъективности. Поэтому проведём беспристрастный анализ, оставив лишь квинтэссенцию начального посыла. Выносим сейчас за поле этой дискуссии сталинщину, лагеря, насилие, экспроприацию, империализм, Голодомор, репрессии и прочий кошмар коммунизма. Рассмотрим только реализацию теоретической части марксизма в 1920-е годы в стране победившей революции. В этом тексте нас интересуют исключительно революционные этика и эстетика + изначальное целеполагание.

Это была третья (после Иисуса и Робеспьера) попытка сделать Нового человека. Третья! Всего лишь жалкая третья за 12 тысяч лет нашего славного и бесславного Голоцена.

Порассуждаем на холодную голову.

Что плохого в интернационализме, в охвате Коминтерна? Что плохого в игнорировании “пятого пункта”? Что плохого во “всех стран — соединяйтесь”? В раннем марксизме “нет ни эллина, ни иудея” — или это не воплощение библейского принципа? [Колоссянам 3:11, © Шауль]

Что плохого в глобальности горизонтов, в мировом масштабе задуманного? Уже на первом гербе СССР был изображён глобус. Не кусок землицы, а вся планета! Не просто локальный переворот, а — мировая революция. Это ли — не масштаб? Это ли — не вызов?

Что плохого в равенстве шансов — в том, что мальчик сирота может подняться до самых высот? В том, что девочка доярка, ранее приговорённая с рождения до смерти к коровьему вымени, может стать директором научного института? Что плохого в социальных лифтах для талантливых, но не вышедших происхождением?

Что плохого в бесклассовости общества? Вон, Индия — она с 1947-го года не может избавиться от кастовости — этот, видите ли, “кшатрий”, тот “неприкасаемый” — разве это не позор для рода человеческого? А те ребята в 1917-м снесли сословия, титулы и унаследованные от царя Гороха пыльные регалии далёких предков, когда-то выслужившихся перед давно почившими в бозе царьками.

Что плохого в образовании? В распространении тотальной грамотности среди безграмотного населения? В создании алфавитов для бесписьменных языков? В учреждённых с нуля национальных академиях — что плохого?

Что плохого в просвещении? В продвижении материалистического мировоззрения? Что плохого в развитии рационалистической науки? Кто кинет за это в меня камень?

Что плохого в новом революционном искусстве, которое даже не успело возникнуть во Франции в 1789-м? На любителя искусство, согласен, но оригинальная, резкая, невиданная доселе эстетика — как бы она без революции возникла после утончённого Серебряного века?

Что плохого в равенстве мужчин и женщин? Коллонтай, первая женщина посол — что плохого? Право женщины на выбор партнёра, на планирование семьи, на аборт, на образ жизни — без поповщины и ханжества — это шо, плохо?

Что плохого в борьбе с удушающей косностью патриархальной семьи, отравлявшей 99,1% (если считать по Голоцену) истории человечества? Сто (!) лет назад — и уже: невероятная простота вступления в отношения и выхода из них, признание очевидного — человеческого естества и врождённого биологического инстинкта, гражданский брак, невиданное доселе движение “Долой стыд!” — видел ли мир такую степень освобождения? Не видел — это и сейчас табу, за такое отволокут в комиссариат за нарушение т.н. “общественных нравов”. А вот они — смогли! 100 лет назад!

Западное общество только недавно пришло к этому пониманию.

🤦‍♀️ только в 1990-м в Швейцарии все женщины получили право голоса;
🤦‍♀️ только в 1965-м француженке больше не нужно было испрашивать разрешения мужа, чтобы пойти работать;
🤦‍♀️ только в 1995-м ирландцы легализовали развод на референдуме с микроскопическим перевесом;
🤦‍♀️ только в 2007-м Португалия легализовала аборты;
🤦‍♀️ только в 1992-м Ирландия легализовала контрацепцию;

A те ребята воплотили это в далёком 1917-м!

Что плохого в борьбе с мракобесием и боговерием? В противопоставлении разума застрявшим в Средневековье “священнослужителям” и их покорной пастве? Школа вместо обряда — это плохо? Библиотека с многими книгами вместо молельни с одной — это плохо? Человечество не знало подобной дерзости за всю историю своего существования, а марксисты — смогли (вслед за якобинцами). Больше никому это не удавалось.

100 лет назад марксисты пытались построить Новое общество. Они не справились: густой ил традиционализма и инертности помешал этим новаторам, романтикам, мечтателям и зачастую — мученикам.

Ил тяжёл и вязок. Все три попытки создать Нового человека провалились:

✟ Учение Иисуса сменилось тяжёлой церковной структурой без малейшей связи с тем, чему Он Сам учил на той самой горе. Форма Павла мгновенно вытеснила содержание Иисуса: обсуждение на вселенских соборах не этических норм Нагорной проповеди, а бессмысленных, абсурдных догм; бесконечные религиозные войны с другими христианами; инквизиция; костры да Варфоломеевская ночь — банально и скучно, всё как мы любим…

🇫🇷 Французскую революцию, прожившую всего 10 лет, быстро сменил император, а потом Реставрация с теми же Бурбонами — и снова здрасте, точнее, bonjour. “Весну народов” 1848-го сменили те же скучные императоры канувших в Лету империй. Парижская коммуна умерла едва родившись.

☭ А первых марксистов сменили расстрельные подвалы, эшелоны в Магадан и скучный товарищ Суслов под занавес коммунистической трагикомедии. Эстетика революции и высокое, романтическое целеполагание быстро утонули в иле и крови.

Крови было столько же, сколько и ила,
крови чужой:

и крови своих же деятелей:

Однако же, каждая из этих попыток изменить человека оставила какие-то зёрна, которые позже проросли во что-то хорошее:

✟ Идеалы Иисуса Назарянина (разрыв цепочки зла на самом себе с “подставлением другой щеки”, “нищета духа”, “не судите”, кротость, нестяжание, безусловное прощение, любовь к врагам и служение человечеству) не закрепились в сознании и практике. Апостолы их ещё помнили, но после них о духе Нагорной проповеди никто не вспоминал, даже Реформация им не заинтересовалась. Но всё же встречаются порой редкие христиане, которые воплощают учение Иисуса в жизнь, бескорыстно служа попавшим в беду посторонним людям (мать Тереза, Caritas, L’Arche, Армия спасения — другие примеры мне не известны). Всё-таки какие-то редкие зёрна таки проросли из Его слов на той знаменитой горе. Это ничтожно мало для 2½ миллиардов людей, называющих себя христианами, но шо-то где-то є.

Термидор. Примерно так революционер Coffinhal выбросил революционера Hanriot из окна парижской ратуши с криком “Дурак! Это твоя трусость нас погубила!”
© Карл Свобода, 1844, фрагмент. Полотно написано не о термидоре.

🇫🇷 Французская революция оставила на порядки большее социальное наследие. Из неё проросло сегодняшнее западное общество: наши конституции, наши свободы, наша система ценностей, наша социальная культура, наше уважение к личности, закону и человеческому достоинству. То, до чего не доросла Жакерия, что не доделал Ренессанс, что не успела Эпоха Просвещения, что не охватила Американская революция — то завершил Конвент. Парадоксальным образом, именно Французская революция, яростно боровшаяся с религией, укрепила гуманистическую базу нашей цивилизации. Якобинцы-монтаньяры-жирондисты (!) с неостывающей от человеческой крови гильотиной укрепили, а не христиане, хотя казалось бы, кому карты в руки… Робеспьерам удалось то, что не удалось веками слушавшим Нагорную проповедь, но ничего из неё не воплотившим.

☭ А из марксистской идеи проросла наша сегодняшняя социал-демократия. Профсоюзы, охрана труда, идея социальной справедливости и поддержка экономически неуспешных — корни этого уходят к Марксу, нравится нам это или нет. Неизменно, десятилетиями, самыми счастливыми осознают себя именно жители стран “скандинавского социализма”. Это о чём-то да и говорит.

В каждом из этих трёх движений были свои герои и локомотивы: апостолы и революционеры.

Одного из моих 4-х прадедов расстреляли чекисты: он им не вышел происхождением.

История прадеда трагична, но показательна история его сына, моего деда, искренне верившего в революцию. После расстрела своего отца мой дед полностью отрёкся от своего прошлого — твёрдо и решительно. Он изменил свою фамилию на революционную, а имя-отчество на литературное. Он стал профессиональным революционером. На партийной работе мой дед посвятил свою жизнь революции, делу изменения общества. Можно по-разному это оценивать, но это — поступок, это — выбор. Не мне его судить, но не воздать ему должное и не восхититься силой его убеждения я не могу.

И такой убеждённый, как мой дед, был не один — очень многие хотели изменить опостылевшее общество, чтобы выковать Нового Человека. Чем вам это не подвижничество первых христиан: “Заповедь новую даю Я вам…”? [Иоанна 13:34].

Я никоим образом не разделяю идеалов коммунизма. Анархист-либертарианец, я нахожусь на другой стороне политического спектра. Но я объективно воздаю должное попытке тех людей 100 лет назад создать в отсталой стране Нового Человека — их смелости, их широким горизонтам, их дерзким, масштабным замахам. Они хотя бы попытались бороться с душной затхлостью.

Потому что есть в жизни что-то важнее, чем просто пожрать, согреться и реплицироваться в ипотечном жилище — подобное существование можно наблюдать и в зоопарке. Миссия человеческая стоит большего, чем эта “возня биомассы в биомассе”. Коммунисты 1920-х попытались проторить этот путь, но не смогли — к счастью или к несчастью.

Три неудачи: христиан, якобинцев и марксистов — все три мимо… Видимо, Нomo sapiens пока не дозрел до нового уровня понимания мира и своего места в нём. Видимо, 250’000 лет нашего вида — это не срок, чтобы говорить о духе, возносящимся над бытом. Пока что мы те же дикари с палкой в руке… Точнее, теперь не с палкой, а с ChatGPT, что ещё примитивнее палки, потому что палка хотя бы заставляет думать и искать решения самому.

Прикидывал иной раз — что делал бы я, окажись я 100 лет назад запертым в революционных условиях, не имея возможности уехать на Запад? Уверен — я примкнул бы к марксистам, при этом не соглашаясь ни с одной буквой из их учения. Попытаться изменить Человека, раскрыть ему глаза, превознестись над душным бытом — вот Сверхзадача, в которой я поучаствовал бы в первых рядах, став рядом со своим дедом, чьи взгляды я не разделяю ни на йоту.

Почему? Потому что в человеческом познании эксперимент важен. Потому что человеку всегда интересно, что там — за этим лесом? Заглянуть за горизонт важно. Прорыв важен. Пытливость ума важна. Не будь у человека этого стремления, у нас не было бы не только электричества, но и колеса.

Мария Склодовска работала с открытыми ею же радиоактивными радием и полонием, понимая, что они смертельно вредны, как и уран (Беккерель уже доказал радиоактивность). Её рукописи до сих пор лежат в свинцовом чемодане, потому что они излучают гамму. Руки Марии покрылись пятнами от лучевой болезни, но она упорно продолжала свою работу. Зачем Вы это делали, wielmożna pani Skłodowska? Не всё ли Вам равно, сколько протонов в убивающем Вас радиоактивном материале? Не лучше бы было Вам на лужайке поваляться или заштопать худые носки мсьё Кюри? Но она, как и мсьё Кюри, шла дальше! дальше! дальше! Потому что она — Человек, а Человеку важно — что там, за этим лесом? Чего бы это ни стоило. Жертвовать собой ради манящих своей непознанностью горизонтов могут лишь единицы из миллионов — будь то физика или что угодно ещё.

Марксистский эксперимент был не физическим, а социальным, и его стоило провести, чтобы понять, есть ли жизнь в том лесу.

А иначе-то — что? В воскресенье в церковь, в субботу в синагогу, в пятницу в мечеть или на дачу (смотри, не перепутай!), в жаркий день “на водоём”, а на февральские каникулы — непременно на лыжи в горы, “а куда же ещё в феврале?”, как говорят? Душно, плоско…

🇫🇷 Во Французской революции я бы принял активное участие, мне это очень близко. Дантон, Сен-Жюст, Марат, Робеспьер — интересно было бы пообщаться с ними. Будь я с ними, я бы возглавил блок Новой идеологии или Новой культуры, дистанцировавшись от Террора и гильотины. Может быть, и выжил бы, как выжили Талейран и Фуше.

✟  С христианством сложнее: я бы с удовольствием пообщался с Иисусом, а вот с основателем христианства Павлом уже нет. Мне интересно говорить с визионерами, а не с менеджерами.

☭  Из марксистов я бы пообщался с Марксом и Лениным, но больше всего я бы хотел поговорить с Троцким — он самый интересный тип из всей их банды. И со своим дедом я хотел бы поговорить — мы с ним не пересеклись по хронологии жизней, к сожалению.

С Марксом я категорически не согласен, но попытку первых марксистов изменить и улучшить Человека я ценю очень высоко.

Я понял, что я в душе революционер, но либертарианцев в Европе полторы калеки, включая меня, а добрая половина избирателей даже не знает, что это. Запрос в обществе нулевой. Так что без машины времени в революции мне не поучаствовать. Это будет задачей моих либертарианских единомышленников поколений эдак через двадцать, и это в лучшем случае. А в худшем случае через 20 поколений никого в Западной Европе, возможно, и не останется, потому что европейская цивилизация, когда-то раскрутившая всю планету, сегодня делает всё возможное, чтобы самоуничтожиться в кратчайшие сроки без малейшей на то причины — мы просто самоубийственно идём прямиком в стену, уповая на старый багаж и игнорируя вызовы изменившегося мира. Но это тема для отдельного, грустного разговора.

Поэтому просто переделываю Маркса под себя ↓

𝔉𝔯𝔢𝔦𝔡𝔢𝔫𝔨𝔢𝔫𝔡𝔢 𝔐𝔢𝔫𝔰𝔠𝔥𝔢𝔫 𝔞𝔩𝔩𝔢𝔯 𝔏𝔞𝔢𝔫𝔡𝔢𝔯, 𝔳𝔢𝔯𝔢𝔦𝔫𝔦𝔤𝔱 𝔢𝔲𝔠𝔥!
Свободомыслящие люди всех стран, соединяйтесь!